В рассматриваемый период мы обнаружили две противоположно направленные тенденции.
С одной стороны, впервые за несколько лет наблюдений мы зафиксировали готовность государства сделать что-то для преодоления сложившейся ситуации. Высокие государственные чиновники публично признали существование проблем в применении антиэкстремистского законодательства. Были предприняты также некоторые конкретные шаги, главным из которых стало Постановление Пленума Верховного суда РФ № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» от 28 июня 2011 г., в правильном ключе объясняющее, как должны рассматриваться соответствующие дела. К сожалению, кроме некоторых претензий к самому Постановлению, у нас есть сомнения, что его принятие принесет немедленные плоды. Пока что практика показывает, что суды на местах попросту игнорируют указания Верховного суда. Трудно удержаться также и от сожалений, что описываемые нами в докладе позитивные изменения запоздали так сильно, что исправить уже нанесенный вред будет очень трудно, если не невозможно.
С другой стороны, мы наблюдаем постепенное разрастание круга жертв неправомерного применения антиэкстремистского законодательства за счет тех, кто «случайно» попал в жернова общенациональной борьбы с «экстремизмом», с параллельным усугублением серьезности последствий борьбы для этой категории людей. Чаще всего с неправомерными преследованиями по-прежнему сталкиваются те же группы, что и ранее – религиозные меньшинства и оппозиционные общественно-политические активисты и организации, но в первой половине 2011 года резко выросло количество проблем у директоров школ и библиотек, интернет-провайдеров, случайных пользователей интернета, журналистов, не принадлежащих к основным группам риска. Сами же проблемы стали гораздо серьезней. Лучше всего это видно на примере библиотек, о незавидном положении которых мы неоднократно писали. Если раньше главными санкциями в отношении их руководства за отсутствие в библиотеке копии Федерального списка экстремистских материалов или наличие в фондах запрещенных книг были представления и дисциплинарные взыскания, то теперь прокуратуры все чаще возбуждают дела об административных нарушениях и добиваются штрафов.
www.polit.ru/article/2011/09/22/misuse_firsthalf2011/